Ив Сен Лоран - великое, созданное сердцем.
|
 |
|
Фото 1. Лоран в ноябре 1959.
|
Автор: Анна Шилова, стилист
Анна Шилова - консультант по моде, имиджу и стилю, преподаватель,
автор тренинга "Костюмчик".
Есть мнение, что мы живем в эпоху пошлости. Все пОшло, потому что в том, что мы делаем, как радуемся и как грустим, нет личных затрат. Вроде все как всегда – любовь, друзья, работа – но в это вроде как не принято вкладывать душу. В этом смысле преемник Кристиана Диора на посту главного дизайнера Дома Dior великий Ив Сен Лоран был абсолютным антиподом пошлости. Не только потому, что имел безупречный вкус, безошибочно улавливал дух времени и создавал провокационные и новаторские коллекции одежды, но и потому еще, что вся его жизнь – и личная, и творческая – пример того, что действительно великое создать можно, только вложив в свое детище частицу собственного сердца.
Ни одной компромиссной коллекции, несколько нервных срывов от невозможности чувствовать и переживать наполовину, драматический уход из профессии в тот момент, когда стало ясно, что коммерция в моде окончательно победила любовь – вот плата за лавры последнего Великого Кутюрье. Последнего из тех, кто действительно изменил Моду, как общественное и социальное явление. За почти полвека работы Лоран не раз чувствовал изменчивость критики – легко предававшей его анафеме спустя всего несколько месяцев после провозглашения спасителем французской моды. Знал он и косность публики – гневно отвергавшей его новшества, лишь для того, чтобы, спустя несколько месяцев, принять их, сделав вид, что предательства не было. И все же как художник моды он остался столь же искренним, каким был, когда семнадцатилетним юношей пришел ассистентом в Дом Моды Christian Dior
(фото 1).
Ив Сен Лоран попадает в Дом Christian Dior по рекомендации главного редактора французского Vogue Мишеля де Брюнхоффа (Michel de Brunhoff), заметившего его после участия и победы в конкурсе молодых талантов, организованного школой International Wool Secretariat. Модельер участвовал в конкурсе дважды и последовательно занял третье и первое места, в последний год обойдя своего будущего вечного соперника Карла Лагерфельда. Насчет года поступления молодого дизайнера в Dior ни русский, и французский, ни англоязычный Интернет точного ответа не дают – одинаково уважаемые источники называют как 1953-й, так и 1955-й года. Скорее всего, подобное разночтение вызвано следующим запутанным моментом: подобно тому, как Лоран дважды участвовал в конкурсе молодых талантов, он дважды
"назначался" в прославленный французский Дом. Вначале его пригласили на должность ассистента – в его обязанности входило выполнение "текущих поручений", декорирование студии Дома, а также работа по дизайну аксессуаров. Второе "пришествие" случилось уже более ответственным и почетным – юному Иву доверили непосредственную работу коллекциями Couture бок о бок с мсье Диором.
|
 |
 |
| Фото 2, 3. Модель Довима ван Клиф и слоны, 1955. |
 |
|
Фото 4. Лоран на обложке "Paris Match". 1958.
|
Еще будучи ассистентом и не значась непосредственным автором коллекций, Лоран заявляет о себе сразу и громко. Нет никаких сомнений, что мэтр воспринял молодого дизайнера всерьез и доверился его вкусу и чутью, создавая столь нетипичные для себя коллекции A, Y и H line. Именно Лоран, а вовсе не его титулованный учитель создает легендарное платье, в котором модель Довима позирует Ричарду Аведону для знаменитого снимка со слонами (фото 2, 3). В нем уже отражены черты, по которым позже безошибочно будут узнаваться вечерние платья Yves Saint Laurent: роскошный тяжелый атлас, яркое контрастное сочетание цветов (черный и лаймовый), сложный крученый крой – вальяжные и помпезные наряды для изнеженной восточной принцессы. И все же как самостоятельный дизайнер Лоран дебютирует с несколько другими идеалами.
Во главу самого влиятельного на тот момент французского модного флагмана Лоран встает в 1957 году, в
возрасте 21 года - после внезапной смерти Диора. В январе 58-го он представляет коллекцию "Trapeze" (Трапеция), которую с одинаковым нетерпением ждут все – клиентки Дома, критика, простые обыватели, ждавшие окончания показа под окнами Дома (фото 4). Это был огромный успех, ему рукоплескали и провозгласили спасителем традиций Диор, да и вообще всей французской моды. Он действительно отнесся к идеалам своего наставника с большим почтением, хотя и преподнес их настолько свежо и современно, насколько счел нужным.
 |
|
Фото 5. Модель из коллекции Trapeze. Dior, 1958.
|
Стили Диора и Лорана и схожи, и различны одновременно. они оба безусловно воспринимали моду как Couture и Высокое Искусство. Их идеалом была Красота в ее противоположности повседневности. Оба не терпели небрежности и были внимательны к деталям до педантизма. Тем не менее, противоположного в их представлении об Идеальной Женщине было больше.
Идеалом Кристиана Диора была великосветская дама – роскошная, ухоженная, светская, вальяжная и взрослая. В воплощаемом им образе не было легкости, спонтанности и чувства юмора. Его героиню легко можно представить на диване в роскошной гостиной, но никогда – беззаботно гуляющей под дождем.
Юный Лоран решает идти по другому пути. Во-первых, он отказывается от чрезмерной серьезности и манерности, прежде свойственных Дому. Он выпускает модели гораздо более простого кроя и покушается на святая святых – длину юбки. Если прежде платья, вышедшие из ателье Диор непременно закрывали колени, а чаще всего доходили до середины икры, то в коллекции Trapeze большинство моделей платьев и пальто открывали взору окружающих значительно больше, чем ранее. Конечно, это не бескомпромиссное мини Мэри Квант, но все же шаг для 58-го года весьма дерзкий. Второй смелый шаг нового маэстро – упрощение и облегчение кроя. Конечно, в своей первой коллекции Лоран делает реверанс в сторону крученого, спирале- и веретенообразного кроя почившего мсье Диора, но это не более, чем детали, которые не меняют основную линию. Лоран использует "накладной" декор – цветы, похожие на съемные броши, крупные карманы, вышивка камнями и стеклярусом (на вечерних моделях). Объемные драпировки, многослойные запахи, спиралевидные складки – им в 1958-м мастер говорит нет. Наконец, третье, и самое принципиальное новшество – "упразднение" талии и силуэта песочные часы.
Многие модели (особенно повседневных и дневных нарядов) уверенно напоминают трапецию и букву А, клешась непосредственно от проймы (фото 5).
 |
|
Фото 6. Вечернее платье от Ив Сен Лоран для модельного дома Dior, 1958.
|
Вечерние платья создают более привычный силуэт (до талии крой прямой, от – сильно расклешенный), но с кроем Диора разница все же присутствует. Прежний мастер использовал корсет, благодаря чему линии силуэта получались плавными и округлыми, Лоран от корсета отказывается, и силуэт явственно тяготеет к геометрии (фото 6).
Силуэт Диора мы будем рисовать циркулем, силуэт Лорана - линейкой. Также принципиальное значение для изменения характера линии кроя несет выбор тканей. Диор работал с материалами плотными и тяжелыми, но пластичными (бархат, шелк, шерсть), Лоран выбирает жесткие ткани, четко держащие форму (тафту, драп, поплин). Оттого его "трапеции" не обмякают, превращаясь в текучие складки, а стойко держатся, сохраняя безупречную геометрию кроя.
Так Лоран провозглашает новый женский идеал. Его женщина более юна, беззаботна, динамична, современна. Ее можно представить, танцующей рок-н-ролл, а не только чинные и благородные, но уже старомодные фокстрот и вальс. Вероятно, перемен хотелось не только Лорану - как уже говорилось выше, публика встречает новую героиню с восторгом.
 |
|
Фото 7. Ив Сен Лоран, вечернее платье "Barbaresque", осень-зима 1958-1959.
|
Тем не менее, уже вторая и третья коллекции показали, насколько непостоянна публика в своем почитании. А может быть, просто не все зрители были столь же смелы и готовы к переменам, как маэстро. В любом случае, новые эксперименты встречают уже более прохладно. Лоран возвращается к сложному "кутюрному" крою. Его фирменный знак на этот раз –
объемные юбки, пышные в бедрах и зауженные к коленям. Некоторые модели выполнены в относительно привычном силуэте "баллон" (фото 7), многие же скроены более авангардно – например, снабжены чем-то вроде узкой кокетки на коленях, которая делает силуэт схожим с яйцом на подставке (фото 8).
Впрочем, сложно понять, что именно так напугало критиков и клиентов – в конце концов, сам Диор предлагал и более смелые и авангардные фасоны. Может быть, публику напугало то, как быстро в голове Лорана меняются представления о том, что модно и красиво? Еще вчера все было геометрично и просто, а сегодня уже вновь в фаворе автора замысловатая роскошь. Как успеть за полетом его фантазии? Проще обесценить и высказать "фи".
 |
|
Фото 8. Ив Сен Лоран-Диор, модель из коллекции 1959 года.
|
В 1959 году проходит легендарный визит Дома Dior в Москву. Модный флагман привозит 12 моделей, 120 комплектов одежды с украшениями, зонтиками, перчатками, шляпками и обувью, застрахованных на 10 млн. франков. За 5 дней состоялось 14 показов. Французские модели, которые в рамках мероприятий свободно гуляли по Москве и фотографировались с местным населением, поражают всех прежде всего своей невероятной для Москвы-1959 худобой.
Внешний вид моделей на время прогулок строго регламентировался. Им, в частности, запрещалось носить брюки, и, напротив, рекомендовалось, делать полный макияж, ярко красить губы, непременно надевать шляпку и перчатки (фото 9, 10). Вся одежда, разумеется, должна была быть только Dior.
За время визита корреспонденты журнала "Life" сделают более 10 000 снимков, которые позже станут основой для целой выставки, посвященной культурному обмену между Францией и Страной Советов. К слову, никаких особенно экстравагантных вещей Лоран москвичкам не показывал, поэтому советские впечатления (официальные, имеется ввиду) от показов были более, чем положительные. направляя ответную ноту в Дом Диор советская торгово-промышленная палата, резюмировала: "Считаем целесообразным изыскать возможность показов парижских фирм в Советском Союзе, что принесет большую пользу и специалистам, и населению".
|
 |
 |
| Фото 9, 10. Визит Дома Dior в Москву, 1959. |
|
1960-й станет последним в творческом союзе Лоран-Dior. Он выпускает коллекцию "Souplesse, Légèreté, Vie" (гибкость, легкомыслие, жизнь), которую в прессе часто также называют "Beat" или "Beatnik" (от название нового модного музыкального направления, а также его последователей). Если коллекции 1959-года были приняты просто прохладно, Beatnik вызывает в прессе волну негодования. Ее вообще откровенно уничижают. Почему – честно признаться, я так и не поняла. Да, Лоран показывает лаконичные геометрические модели, уже знакомого публике трапециевидного силуэта. Не далее, как два года назад схожим минималистичным платьям рукоплескали стоя. Что отвратило публику
на этот раз? Отсутствие даже намека на дополнительные "украшательства"? очевидная простота фасонов, стершая грань между Высокой модой и одеждой "с улицы" (фото 11)? или, может быть, публика испугалась предложения дополнять образ смелыми шляпками (фото 12)?
|
 |
 |
| Фото 11, 12. Ив Сен Лоран, модели из коллекции "Beat", 1960. |
|
Но это уже 1960-й год, Жаклин Кеннеди уже стала первой леди и покорила мир как раз такими шляпками, названными "таблетка". Также можно грешить на то, что цветовая гамма, предложенная маэстро, была далека от сдержанности и скромности. Конечно, краски, которые выбрал Лоран для коллекции 1960 были сочными, броскими и интенсивными – густой фиолетовый, изумрудный, малиновый. Но, во-первых, он не забыл и про традиционные для Дома Dior песочный, верблюжий и бежевый. А, во-вторых, Dior никогда не боялся работать с яркими цветами, сам Кристиан также любил красный больше других цветов. Неужели одной провокационной модели короткого крокодилового жакета хватило, чтобы от мастера отвернулись те, кто еще вчера пел ему восторженные дифирамбы (фото13)?
 |
|
Фото 13. Ив Сен Лоран, жакет из крокодиловой кожи и стриженой норки из коллекции "Beat", 1960.
|
Официальная версия гласит, что модная критика и консервативные клиентки Дома более всего возмутились самой идеей того, что Высокая Мода, помпезная, недоступная и нарочито оторванная от
"простой" жизни в интерпретации Лорана перестала быть таковой. Он вдохновлялся уличной модой, а не салонной – и не счел нужным это скрывать. Видимо, его вкус был столь тонок, что он мог увидеть красоту в манере одеваться студентов, мотоциклистов и битников. И эта свежая, непонятная философия заворожила его больше, чем платежеспособная, но уходящая в прошлое эстетика преданных клиенток Дома Dior. Быть современным оказалось для него важнее даже того, чтобы быть признанным. Впрочем, что удивительного? Даже в конце жизни он, создатель стиля унисекс, автор бесчисленного числа платьев-шедевров Haute Couture уже под своим именем, Великий офицер Ордена Почетного легиона, давший женщине половину привычного гардероба, продолжит сожалеть о том, что джинсы придумал не он.
Фото-ряд к статье на отдельной странице
© Osinka, 2011
При перепечатке и использовании нашего текста для публикации на страницах
Вашего веб-сайта или печатного издания, укажите, пожалуйста, активную
ссылку на наш журнал: "Источник: Журнал
о моде и шитье "Осинка.ру"
|
*дата публикации 02.08.11*
|
|
|
|
|
